Саратовец добрался до пупа земли, чтобы найти самого себя

Саратов. Тарас Журба работает шаманом. Хотя по виду не скажешь: модный молодой человек, ходит по земле, ездит на общественном транспорте и пишет по «мылу». Прежде, чем стать волшебником, Тарас защитил диссертацию по философии, работал звонарем и политическим пиарщиком, чуть не ушел в монастырь, изучал тибетскую йогу и толтекскую магическую систему Кастанеды. Шаманом нельзя стать только потому, что хочется. Это так судьба. Избранность сопровождается неприятным побочным эффектом, известным под названием «шаманская болезнь». В детстве у Тараса были необыкновенные переживания: «Просыпался и спрашивал себя: где я нахожусь? В комнате кто-то сидит—лохматый, непонятный, расшитая рубаха, пояс под мышками. Подходят странные существа, разрывают мне живот и кладут туда свою еду. Понимал, что таких ярких снов не бывает. И думал, в чем разница между этим сном и реальностью?». Родители (мама-актриса, папа—инженер) эзотерическими вопросами не задавались, применяли обычные лекарства, которые не помогали. В университете начала 1990-х истину искали все.

Обитать на живых страницах будущих учебников—занятие увлекательное. Особенно доходчиво это ощущали студенты-историки. Социальные лифты, бешено работавшие в то время, развезли выпускников истфака в самых разных направлениях. Тарас выбрал не самую быстро окупающуюся отрасль—философию. Однажды по просьбе умирающего верующего деда пришел в Свято-Троицкий собор, чтобы окреститься. И провел пять лет на колокольне. «Это потрясающие ощущения: когда на Пасху звонишь четыре-пять часов подряд, душа обнажается,—рассказывает Тарас.— Была сильная потребность в религии, в человеке, который открыл бы мне дорогу». Журба отправился в Мордовию, в Санаксарский монастырь, чтобы получить указание судьбы и пути, а при необходимости остаться монахом. Схиигумен Иероним ответил на незаданный вопрос и благословил искать дальше. В саратовском Доме офицеров Журба встретился на лекции с ламой Оле Нидал. Добавил к монастырской молитве буддийскую медитацию.


От мира аспирант университета далеко не уходил. Защитил диссертацию о философии власти и природе человеческих мотиваций (в том числе, изучил, как заманить граждан к урнам). Участвовал в первой предвыборной кампании губернатора Аяцкова, работая в московском центре политконсалтинга «Николо-М». «Я исследовал, возможно ли заниматься политикой и быть честным человеком, жить в миру и при этом реализовывать себя в духовном плане,—говорит Тарас.—Стало ясно, что без Учителя это невозможно».


Сны подсказали, что этот человек должен быть шаманом. В институте этнологии РАН Тарас встретился с профессором Севьяном Вайнштейном, которого называют «патриархом тувиноведения». Господин Вайнштейн посоветовал саратовцу посетить Кызыл. Туда же послали юношу московские издатели (Тарас пытался опубликовать книгу о судьбе человека в конце истории и рефлексии на апокалептические темы). В издательстве печатать такое отказались и рекомендовали «написать под Кастанеду»: мол, русский парень попал в Сибирь, нашел отечественного дона Хуана и далее по тексту. «Если уже писать, то по-настоящему»,—решил Журба и поехал.


Попасть в Туву не так просто. Сюда не ходят поезда, потому что нет железной дороги. Можно добраться самолетом или на машине из Абакана через Восточные Саяны. «До Саян все вокруг знакомое и очевидное: здесь чуть больше берез, там—чуть больше гор. А за вторым перевалом изменяется фокус восприятия реальности. Возникает специфическое ощущение купола сверху. Собственное тело становится легче. Иначе течет время, проявляется больше смысла в бытовых событиях. В Туве все поменьше, чем у нас, но поядрёней. Люди меньше ростом, а жизненной силы в них запечатано больше. Мы—крупные и рыхлые. Они—спресованные, яростные и веселые»,—рассказывает Тарас. В Кызыле (означает «красный») около 100 тысяч жителей. Это пуп земли—географическая точка у слияния Малого и Большого Енисея, равноудаленная от материковой линии Азиатского континента. Город похож на любой райцентр, но с некоторыми исключениями. Например, вместо голубей над улицей Ленина кружат соколы. На Ленина,41 располагается шаманский центр «Дунгур», где представители учения ведут прием посетителей. Посетителей много и разных. Шаманов тоже много. На фасадах коттеджей висят приглашающие таблички, во дворах стоят обрядовые юрты. Действует пять-десять шаманских организаций, это более 200 человек (на все 300 тысяч жителей республики). Консультация у шамана—не туристическая «примочка». За помощью (в случае болезни, рождения ребенка, перед началом охоты и т.д.) обращаются и коренные тувинцы, это обычное дело. Но по причине глубокого интереса к устройству Вселенной местный житель уважает и шамана, и батюшку, и ламу. Кроме того, в городе имеются йоги, несколько экстрасенсов, народные целители, практикующие кровопускание, костный массаж и т.д.


«В конце 1980-х прекратились дотации из центра. Самостоятельно республика почти ничего не производит. Экономика рухнула, Тува выпала в какой-то аппендикс страны. Как они до сих пор выживают, загадка. Вероятно, благословением Шаманских небес. И благословение действует неплохо: люди одеты не менее интеллигентно, чем в Москве, на улицах—иномарки из Владивостока». «В кармане джинсовой куртки лежали блокнот и ручка. Вел себя, как глупый Карлос Кастанеда: ходил, спрашивал и все записывал»,—вспоминает Тарас. Представлялся ученым, собирающим материал для диссертации. Обошел 30-40 «специалистов». Двое «матерых шарлатанов» сумели пустить пыль в глаза. «Через год понял, что они сыграли на моих слабостях. Как раскусил? Один из них называл себя Алдынча, что означает «золотая стрела». Это женское имя».


По данным переписи 1937 года, на каждые 80 жителей приходится один шаман. Учиться в Туву приезжали служители из Якутии, Хакассии, Бурятии и с Алтая. В 1944 году после добровольного присоединения в Туве расстреляли 3,5 тысячи шаманов (хотя они приветствовали советскую власть, коллективизацию и проводили камлания за победу в Великой Отечественной). На месте массового убийства начал бить девятиструйный источник Аржан, считающийся целебным. Великие шаманы сказали, что их время истекло, и покинули мир. По свидетельству очевидцев, дематериализовались в закрытой юрте в момент ареста. Но не все. Великий шаман Кокна-чаран поддерживал участников восстания енисейских киргизов и умер в красноярской тюрьме. Как говорят, посмертно эманировал энергию волка и наказал несколько десятков самых усердных осведомителей и народных дружинников. Система обучения и своеобразного «контроля качества» молодых шаманов была разрушена. Уцелевшие профессионалы скрывались. Как предполагает Журба, сейчас в сельских районах республики остались два-три старых белых шамана и несколько одаренных детей. И те, и другие не ведут широкой практики из-за возраста.


Тарас точно знает, какой день в его жизни самый счастливый—24 августа 1997 года. В «Дунгур» случайно заехал Таш-оол Бууевич Кунга («таш» означает твердый, «буу»—пуля, «кунга»—наслаждение). Он стал учителем саратовца. «Увидел в глазах этого человека сияние бездонного источника мудрости, очень суровой и милосердной. Почувствовал, что знаком с ним бесконечно давно. Но, чтобы соответствовать уровню общения, мне нужно будет постоянно выпрыгивать из брюк». Журба прямо спросил собеседника: «Вдруг ты тоже врешь?». В ответ Таш-оол Бууевич рассказал краткую биографию юноши и описал содержание его карманов.


Таш-оол Бууевич (Белый шаман в четвертом поколении) родился в год Железного дракона (1940-й). В пятилетнем мальчике признали уникальный дар. Таш-оол Бууевич сменил множество профессий. Когда-то работал лесным офицером. «В Туве распространен варварский способ браконьерства: тайгу поджигают, выгорает часть участка, и весь массив отдают под «санитарную» рубку. Учитель боролся с пожарами, вызывая дождь. Однажды его старший сын перегнул палку, и в июле выпал снег»,—рассказывает Тарас. В 1987 году Таш Бууевич провел первый в советской Туве шаманский семинар (по традиции коллеги должны собираться каждые полгода для обмена опытом). Кунга построил буддийские храмы в Самагалтае, Эрзине и основал организацию шаманов «Кузунгу-ээрен». Первым его учеником был господин Кен Хайдер, лондонец, репортер Скотланд-Ярда.


Церемония посвящения в шаманы не имеет кинематографических достоинств. Она вообще происходит не здесь. Как говорит Тарас, перед сном учитель забрал его в мир духов (на девятое небо) и, сообщив о призвании, там оставил—выбирайся сам. Ученик ездит в Туву один-два раза в год. «Мы с учителем посещаем священные места, собираем лекарственные растения, он передает мне новые молитвы, практики. Это переводит меня в следующий «школьный класс», и я с новыми «учебниками» еду домой». С момента получения кузунгу (волшебного зеркала) обучением шамана становится прием пациентов. Позже Тарас Борисович привез в Туву других учеников из Саратова, Москвы, Германии. «Малый шаманский набор» умещается в кармане обычной сумки. Тарас Борисович осторожно разворачивает красные и оранжевые тряпки, достает металлический кружок с синим хвостом. Если честно, на зеркало не очень похоже. Кузунгу сделано из бронзового сплава (раньше применялось метеоритное железо). С одной стороны гладкое, с другой выгравированы двенадцать животных восточного гороскопа и рунические надписи. «Очень сильная штука. Вылито в Монголии в 13-14 веке. Учитель привез оттуда». «И подарил вам?»—уточняю. «Не подарил, а передал. Он не является собственником,—хмурится Тарас. Добавляет с некоторым сожалением:—Когда-то я тоже должен буду передать это подходящему человеку». Зеркало вытягивает из пациента боль. Оно обладает замечательным свойством—показывать вещи такими, какие они есть, нравится нам это или нет. В мешочке с десертной ложечкой хранится порошок артыша (пекинского можжевельника). Курильницу зажигают в помещении, где находится больной. Любое лечение начинают с определения судьбы. Гадают на 41 камне—хуанак (Тарас собрал их на Аржане). В разноцветных картонных папках собраны молитвы и сутры о долголетии, накоплении знаний, при выезде в дорогу, перед судом, при чтении приговора и т.д. Разумеется, у шамана должен быть костюм—манчак. Это халат с ленточками, колокольчиками, вышитыми черепами и знаком «инь-ян». Одежду Тарасу сшила знакомая портниха. Бубен сделал мастер из театра на Таганке (орудия труда освятил потом учитель).


За десять лет у Журбы было около 300 пациентов. Со многими он подружился. «Задача шамана в том, чтобы помогать людям находить свою связь с Богом. Для этого применяет астрологический анализ, беседа и общение с духами,—рассказывает Тарас Борисович.—Человеку помогают очиститься от вредоносных воздействий злых духов, преодолеть трудные жизненные ситуации, найти любовь, гармонизировать отношения с близкими. Шаман проводит и погребальные обряды, провожая умерших по белой дороге». О чем может мечтать волшебник, имеющий широкие возможности? У Тараса мечта соответствующая: «Попытаться привести мировое культурное многообразие к общему знаменателю, представить новый культурный язык, понятный самым разным людям. Таким языком может стать шаманское вероучение, которые является одним из самых древних и содержит элементы очень многих более молодых культур. Верховное божество в шаманизме называется Вечное синее небо—отец. Он присутствует в каждом живом существе и дает способность воспринимать окружающий мир и наделять его смыслом. Его божественной супругой является Земля, мать всего живого, которая дает возможность исполнять замыслы. Сегодня культурные, технические и экологические условия таковы, что люди либо будут заботиться о своем общем доме—планете, либо все вместе погибнут». Журбе кажется, что у него получится—не зря Саратов находится в географической точке, соединяющей Европу и Азию. Для начала Тарас Борисович снял документальный фильм «Белый дракон» о своем учителе и шаманской традиции.


Оригинал: https://shamanrussia.wordpress.com/2008/02/19/саратовец-добрался-до-пупа-земли-чтоб/

Избранные посты
Недавние посты
Архив
Поиск по тегам
Мы в соцсетях
  • Vkontakte Social Icon
  • Facebook Basic Square
  • Instagram Social Icon
  • YouTube Social  Icon
  • Facebook Basic Black
  • Black Vkontakte Icon
  • Black YouTube Icon
  • Instagram - Black Circle
  • Black LinkedIn Icon

© 2016-2020, Taras Ghurba
Шаманизм, исцеление, астрология